Грех – имя твое, женщина  - Степанида Воск

После случившегося в коридоре административного корпуса Макаров не пытался ни о чем таком заговорить, ни тем более начать приставать. Я обрадовалась. Но стоило мне расслабиться, как услышала вопрос со стороны Германа.

— Расскажите о себе, — произнес мужчина, пристально смотря мне в глаза.

— Это не входит в просьбу Залесской, — первое, что пришло мне в голову.

— Почему же? Здесь будет квартировать моя родственница. Я имею право знать все о работниках данного заведения. Думаю, что это входит в стоимость содержания пациентки. Я же не могу ее доверить незнакомым людям.

Вроде бы все было верно, но вот только мужчина не стал интересоваться биографией той же Елецкой, а пристал ко мне, как банный лист.

— Мне особо не о чем рассказывать. Родилась, крестилась, училась… вот теперь работаю.

— Вы замужем? — вдруг спросил Макаров.

— Нет, — смысла врать не было.

— Тогда я приглашаю вас на свидание, — с места в карьер выдал Герман.

— Я … мне, — не знала что ответить, — у меня сегодняшний вечер занят.

— Ничего страшного, как освободитесь, так и встретимся, — безапелляционно заявил мужчина.

— У меня есть…, - начала придумывать на ходу.

Макаров перебил меня на полуслове, буквально поймав мысль на лету.

— Я узнавал. Нет у вас никого. И на свидания вы не ходите, и на производственные вечеринки.

— Так если знаете, то почему приглашаете? — я должна была узнать.

— Молодая, красивая девушка не должна сидеть дома в четырех стенах.

— А может быть, я не хочу никуда. И с вами не хочу, — это был последний аргумент.

— Вы же хотите принести пользу интернату, вот и соглашайтесь, — завуалированная угроза Макарова заставила замереть.

Шантаж. Опять шантаж. Кругом одно и то же. Вновь меня принуждают помимо воли. Да сколько можно? Как же я устала. А ведь думала, что Макаров другой. Не такой как его братец, как Игорек, пусть им икнется.

***

— Что это такое? — Залесская смотрела на мое заявление об уходе.

— Вы же прочли, — я изо всех сил сдерживалась, чтобы не расплакаться. В душе бушевал пожар. Со мной не было такого, даже когда Игорек обвинял в краже, меня так не выворачивала наизнанку, когда Виталий брал силой и уволил с работы. А простого намека на шантаж со стороны Макарова хватило, чтобы взорваться.

До сих пор перед глазами стояло удивление Германа, стоило мне со всей силы залепить ему пощечину. Я не знаю, что на меня нашло, будто демон вселился и начал управлять телом. Не помню, что я ему говорила, вернее кричала. Кажется, много чего разного, не особо стесняясь в выражениях. А после убежала, оставив в одиночестве. Безусловно, моя выходка не должна была остаться безнаказанной. Такие люди не прощают обид. Это я знала из прошлой жизни.

— Что произошло? — прежде чем принимать решение женщина всегда проводила анализ ситуации.

— Я ударила клиента и оказалась выполнять ваш приказ, — и коротко еще раз поведала о случившемся, опустив причины.

— Давно ты с ним знакома? — без перехода поинтересовалась Залесская.

— Второй день.

— А вот тут врешь, — коротко рубанула директриса. — Ладно. Не хочешь — не говори. Это твое дело и твое прошлое. А сейчас марш на рабочее место и никаких заявлений об уходе, — женщина демонстративно порвала бумагу и выбросила в мусорное ведро. — Иди, работай.

— Но я же потеряла для вас клиента, — немного заторможено произнесла в ответ.

— Никуда этот клиент не денется. Явится, как миленький. А ты, девочка, правильно делаешь. С такими именно так и надо, — вдруг более ласковым голосом ответила Залесская.

Я, словно сомнамбула, вышла из кабинета директрисы. И опять мне хотелось расплакаться.

Никогда. Никто. Не. Заступался. За. Меня.

А женщина, которой я была совершенно чужая, приняла мою сторону, даже не пытаясь допытаться причин моего поведения. Просто взяла и поверила. Черт, впору начинать пересматривать свои жизненные принципы.

Как добралась до своего кабинета уже и не помнила. Ведь правду говорят, что счастье окрыляет. Для меня же переживать счастье было в диковинку. Оказалось, это так здорово почувствовать чужое плечо и не потому, что от меня что-то надо, а просто так.

До конца рабочего дня я сделала отчет, хотя раньше, чем завтра и не надеялась закончить. Все же пряник на меня действовал лучше кнута. Неужели Залесская и это заметила? Может быть.

Убрав свой стол, я подошла к зеркалу, чтобы причесаться. На меня смотрела счастливая девушка с сияющими глазами. Вот вроде бы и устала, ан нет, заступничество Залесской грело душу до сих пор, отчего и глаза блестели, и настроение было приподнятым. Выйдя за ворота дома-интерната, я не сразу обнаружила в отдалении припаркованный автомобиль. Лишь поравнявшись с машиной, увидела его хозяина. Макаров и откуда он только взялся? Кажется, ожидать меня вошло у мужчины в привычку. Сразу же вспомнилась наша давняя встреча, когда он после отвез меня в свои апартаменты в сауне. По телу пробежала предательская дрожь. Нет-нет, а периодически телесные потребности заявляли о себе. А уж я-то помнила, как хорошо было с Макаровым.

Высоко вздернув голову, собралась пройти мимо машины.

— Далеко собралась, Надежда Петровна? — Герман перегородил мне дорогу.

— Домой, — буркнула в ответ.

— Садись, подвезу, — мужчина кивнул в сторону пассажирского сидения.

— Спасибо. Я сама как-нибудь доберусь, — постаралась обойти Макарова. Уж чего-чего, а нахождения в закрытом пространстве я бы точно не выдержала.

— Ну, не хочешь на машине, тогда пошли пешком, — пожал плечами Герман. Пискнула сигнализация на автомобиле, и мужчина сказал. — Пошли что ли.

Я недоумевающе посмотрела на него. Неужели Макаров и вправду собрался идти пешком? Похоже на то. Закралась шальная мысль проверить, а надолго ли хватит его бравады? Обычно, люди, привыкшие передвигаться на машинах, очень быстро устают от пеших прогулок. Хоть, до дома я предпочитала ехать на общественном транспорте, все же далековато было, но при необходимости могла пройти пешком. Не развалилась бы.

Не говоря ни слова в ответ, я направилась в нужном направлении, посчитав, что если не пошутил, то пойдет следом, а если все же это был розыгрыш, то пусть сам и выкручивается. Меньше всего мне верилось, что Макаров на самом деле проводит меня до дома. Скорее предложит зайти в какое-нибудь кафе или ресторан поблизости. Людям его окружения гораздо комфортнее в знакомой обстановке, нежели на пешей прогулке.

— Если будешь так быстро идти, то скоро выдохнешься, — Макаров нагнал меня практически сразу.

Я же лишь посильнее ухватилась за сумочку, продолжая споро вышагивать по дорожке.